(no subject)

одеть платье, снять его. облизать ключицы, провести рукой по губам, и палец уже во рту.
пушистые волосы ласкают стройные гладкие плечи.
молодость, о молодое тело, упругий гибкий костюм.
открытая спина, я запрокидываю голову, мне уже не нужно вино и сигареты, моя спина выгибается, я улыбаюсь.
ноги убраны в гладкие колготки, по ним скользит юбка платья, изящно пролетая по слякоти, грязи, мусору. точно и быстро перебирая ногами идешь туда, куда тебе нужно. ты можешь не знать, но ничего не боишься и открыт для неизведанного.

сырость хлещет в лицо, я иду без зонта, мне все равно. чтобы в другой день нырнуть в джинсы, одеть куртку и ботинки и с прямой спиной и убранными волосами, с уверенностью урана разрезать сухой асфальт под ногами. ясный ум, точные движения, уголки губ чуть приподнимаются в незаметной улыбке, спроси меня и мой звонкий голос ответит тебе, если у тебя найдется вопрос. быть смелым и мудрым, сильным и гибким, добрым и ясным.

новая эра покажет свои правила

(no subject)

старая система с новым лицом, старое лицо с новой системой
я помню все те структуры времени опавших листьев, бутылок вина, мокрого асфальта в свете фонарей ночью, прокуренной лестницы и сигарет на подоконнике
сухого асфальта и лестницы залитой алкоголем и вопли повсюду
я помню желание вставить себе пистолет в горло, я помню вход в кислоту, я помню амфетамин, я помню кровь на полу, я помню выдранные волосы, я помню свой надменно вздернутый нос, я помню ужасное состояние на утро, столь часто оказывающееся со мной, я помню как я бежала и падала

я помню как я прощалась и как я знакомилась, я помню как меня вжимало в кровать и структуры, необъяснимые и уже подзабытые мной скручивались во мне так же как и я. тогда я умерла и родилась снова, в тот день рождения. когда мы засыпаем мы умираем и каждое утро мы оживаем вновь.

я помню как я дружила с теми, кто сейчас вызывает у меня лишь смех и сострадание, я помню как я сама была такой, что вызывала смех и сострадание

эта дурацкая гонка, покажи какая ты сексуальная, давай, покажи какая ты успешная, покажи какая ты, покажи картинку в сети, покажи мне, ЧТО В ТВОЕЙ ГОЛОВЕ, покажи мне что ты знаешь, покажи до куда ты дошла, покажи до куда дошли твои друзья, покажи мне тех, кто прошел ДАЛЬШЕ, я хочу видеть их

я хочу видеть старые лица с новой системой, но я вижу что-то странное





я иду по пути, и путь мой горный, за вершиной на которой сейчас я поднимаю голову и не вижу вершин следующих, но я продолжаю свой путь, я оборачиваюсь, но я перестаю оступаться и отходить на пару шагов назад чтобы завязать шнурки, шнурки завязаны на 2 узла, я иду дальше со спокойным лицом, снег мне не помеха, я знаю, что все когда-то будут так же идти. мне немного грустно от того, что старые друзья перестали ими быть, но что поделать

(no subject)

и мне говорят, надо мяукнуть чтобы сделать запрос о том, что ты хочешь все-таки перейти на светлую сторону. ну и я мяукаю, подходят красивые стройные блондинки с темной стороны и говорят мне, ты серьезно решила ? я говорю ну да, я решила на светлую сторону. ну и мне говорит она, тогда значит ты готова на сожжение заживо ? я говорю, да я готова.
и это был последний утренний сон, достаточно осознанный, и у меня в голове проносятся воспоминания как я гадала на таро и мне сказали, что я умру мучительной смертью.

ну и там были гремлины, типа они появляются такие милые, а потом какие-то главные чуваки темной стороны брызгают на них кислотой и они становятся тварями с острыми маленькими зубками.

и я говорю моей учительнице из школы, которой я сдаю экзамен по английскому, что я не хочу умирать, что хотела бы при жизни все-таки перейти на светлую сторону, а не через сожжение заживо. ну и я не помню, что она сказала - можно, нельзя... я проснулась и была рада, что сделала это во
сне все-таки.



черный август подходит к концу, я устала и сегодня, кажется, это все должно закончиться.
в солянке на главном танцполе танцевал индус весь в черном и в тюрбане, рядом с ним какая-то шмара на каблах, в кепке и ультракоротких шортах какие-то дикие танцы, и я сижу накуренная одна за столом в черном платье миллениума с бутылкой воды, смотрю как знакомая девочка заливает в себя шот, там рядом с ней стоит кудрявый мулат, которому на вид лет 17 и вокруг него вьются все эти пьяные девочки. короче это все смешно и грустно, я думаю над отчеством Дарковна, и все это полное мясо, потому что это все в этой трехмерной реальности, я просыпалась в холодном поту пару раз. сегодня умывалась и увидела седой волос.

пора расчесать волосы, вновь одеть черное платье, солнечные очки и идти.
сегодня все закончится.




(no subject)

Люблю тот век нагой, когда, теплом богатый,
Луч Феба золотил холодный мрамор статуй,
Мужчины, женщины, проворны и легки,
Ни лжи не ведали в те годы, ни тоски.
Лаская наготу, горячий луч небесный
Облагораживал их механизм телесный,
И в тягость не были земле ее сыны,
Средь изобилия Кибелой взращены -
Волчицей ласковой, равно, без разделенья,
Из бронзовых сосцов поившей все творенья.
Мужчина, крепок, смел и опытен во всем,
Гордился женщиной и был ее царем,
Любя в ней свежий плод без пятен и без гнили,
Который жаждет сам, чтоб мы его вкусили.


А в наши дни, поэт, когда захочешь ты
Узреть природное величье наготы
Там, где является она без облаченья,
Ты в ужасе глядишь, исполнясь отвращенья,
На чудищ без одежд. О мерзости предел!
О неприкрытое уродство голых тел!
Те скрючены, а те раздуты или плоски.
Горою животы, а груди словно доски.
Как будто их детьми, расчетлив и жесток,
Железом пеленал корыстный Пользы бог.
А бледность этих жен, что вскормлены развратом
И высосаны им в стяжательстве проклятом
А девы, что, впитав наследственный порок
Торопят зрелости и размноженья срок!


Но, впрочем, в племени, уродливом телесно,
Есть красота у нас, что древним неизвестна,
Есть лица, что хранят сердечных язв печать, -
Я красотой тоски готов ее назвать.
Но это - наших муз ущербных откровенье.
Оно в болезненном и дряхлом поколенье
Не погасит восторг пред юностью святой,
Перед ее теплом, весельем, прямотой,
Глазами, ясными, как влага ключевая, -
Пред ней, кто, все свои богатства раздавая,
Как небо, всем дарит, как птицы, как цветы,
Свой аромат и песнь и прелесть чистоты.







Шарль Бодлер

(no subject)

 я заебалась, что происходит тут вообще

(no subject)








я осталась в этом городе одна, впрочем я отлично провожу время сама с собой.

(no subject)

1 месяц
я почти не плакала

а потом будет теплый сентябрь, будет столько

(no subject)

я не люблю когда так происходит.
я хочу скорее уехать. пусть будет так. 17, пожалуйста